«Мы — это лучший антидот против насилия и ненависти»

5

По завершении 11-дневной войны между Израилем и палестинским движением «Хамас» встал вопрос о восстановлении сектора Газа. Международные доноры готовы предоставить помощь палестинцам, но отказываются сотрудничать с «Хамасом». Основные суммы будут переданы или палестинской администрации, или Ближневосточному агентству ООН для помощи палестинским беженцам и организации работ (БАПОР), которое само недавно пережило непростые времена. Три года назад США под давлением Израиля прекратили финансирование БАПОР, обвинив агентство в сотрудничестве с террористами, однако новая американская администрация изменила позицию. О работе БАПОР и проблемах, связанных с восстановлением сектора Газа, “Ъ” рассказал во время своего визита в Москву генеральный комиссар агентства Филиппе Лаззарини.

— Каковы цели вашего визита в Москву и какие вопросы вы обсуждали или планируете обсудить здесь?

— Это мой первый официальный визит в Москву в качестве генерального комиссара БАПОР. Главная цель — обсудить партнерство между Российской Федерацией и нашим агентством. Как вы знаете, Россия всегда поддерживала БАПОР политически, особенно во время процедуры обновления мандата (мандат БАПОР обновляется каждые три года.— “Ъ”), а также в ходе разных дискуссий по ситуации в Палестине и палестинским беженцам. Между БАПОР и Россией также существует взаимное соглашение о денежных взносах в пользу нашей организации, срок которого истекает в этом году. И, конечно, мы затронули эту тему в нашем диалоге, как и вопрос — может ли Россия помочь побудить другие страны, например в Центральной Азии, оказать поддержку БАПОР. Мы надеемся, что Россия и другие страны, заинтересованные в решении проблем палестинских беженцев, окажут нам содействие.

— Возвращаясь к новому соглашению между Россией и БАПОР. Оно также будет заключено на пятилетний срок? Это уже согласованно?

— Это часть будущих переговоров. У нас было соглашение на пять лет. Мы будем стремиться к тому, чтобы новое соглашение было подписано на такой же период. И я также буду обсуждать вопрос, до какой степени могут быть увеличены финансовые взносы, однако разговоров на эту тему еще не было (cейчас РФ выделяет БАПОР $2 млн ежегодно.— “Ъ”).

В целом визит — это возможность продемонстрировать, как мы ценим партнерство с Россией. И мы будем рады, если она в будущем станет членом Консультативной комиссии БАПОР.

— Еще один вопрос про деньги…

— Деньги очень важны…

— Так вот, стало ли БАПОР легче работать после смены администрации в Вашингтоне и возобновления американского финансирования агентству?

— Как вы должно быть знаете, к концу прошлого года БАПОР находилось на грани финансового коллапса. В 2020 году уровень нашего финансирования был таким же, как в 2014 году. Но между 2014 и 2020 годами Ближний Восток столько раз сталкивался с различными кризисами, потребности значительно выросли, как и надежды палестинских беженцев на увеличение нашей помощи, в то время как наши ресурсы сократились. И на этом фоне мы, безусловно, приветствуем решение новой американской администрации. Восстановление многолетнего сотрудничества чрезвычайно важно. Однако это отнюдь не значит, что в финансовом плане БАПОР теперь находится в безопасности. Мировой экономический кризис, в том числе вызванный пандемией COVID-19, привел к снижению финансирования агентства. Исходя из этого мы должны интенсифицировать наши усилия, направленные на обеспечение надежного будущего БАПОР. Предстоит еще многое сделать. Только недавно мы видели, как уязвимо может быть агентство из-за политической конъюнктуры. В 2018 году решение США прекратить финансирование нашей организации привело нас к беспрецедентному кризису, поскольку другие страны последовали их примеру. По этой причине сегодня восстановление финансирования чрезвычайно приветствуется нами.

Однако, как известно, решение администрации Джо Байдена подвергается острой критике со стороны части политического истеблишмента США. Исходя их этого, решение в любой момент может быть пересмотрено в зависимости от развития политической ситуации в США. Так что будущее финансирование агентства находится под вопросом.

— Получили ли вы уже деньги из Вашингтона?

— Да. В апреле был произведен первый транш в размере $115 млн. Эти деньги были получены нашей организацией.

— Вы говорили о критике решения администрации Джо Байдена касательно возобновления финансирования БАПОР со стороны некоторых американских политиков. Против этого решения также выступал Израиль. Как вы думаете, с чем связана обеспокоенность Израиля?

— В Израиле существуют две точки зрения по данному вопросу. Прагматики считают: даже если мы не согласны с мандатом БАПОР, альтернативы этому попросту не существует, и хорошо функционирующее агентство отвечает нашим коллективным интересам. С этой точки зрения чрезвычайно важно, чтобы мы были достаточно сильны и получали хорошее финансирование и благодаря этому могли делать нашу работу. Например, мы обеспечиваем образование более чем полумиллиона девочек и мальчиков в регионе, оказываем первичную медицинскую помощь миллионам палестинских беженцев, мы создали сеть социальной защиты и экстренной денежной помощи для этих людей. Это — ключевой вклад в региональную стабильность, так как именно БАПОР может обеспечить уверенность в завтрашнем дне для населения в этом очень непредсказуемом регионе. Но на фоне прагматиков есть голоса, которые считают, что лучше бы наша организация вовсе не существовала или была максимально ослаблена. По этой причине периодически против нас проводятся различные политические кампании, причем не только в Израиле и США, но и в некоторых европейских столицах, где законодатели находятся под давлением ряда политических организаций, задающихся вопросом о целесообразности и легитимности БАПОР. В большинстве случаев они задаются вопросом: не используется ли созданная нами школьная система для пропаганды ненависти и насилия и насколько она отвечает повестке прав человека? Позвольте сказать откровенно: эти обвинения не имеют никакого отношения к действительности. Напротив, мы гордимся нашей образовательной системой. Мы прекрасно осознаем, что вынуждены работать в чрезвычайно политизированной атмосфере, однако альтернативы этому не существует. И мы используем все доступные нам ресурсы, дабы минимизировать риски. Мы единственные в регионе, кто обучает в школах основам прав человека, и мы смогли достичь полного равенства между мальчиками и девочками в школах. Мы получили высокую оценку со стороны Всемирного банка и других организаций в рейтинге лучшей отдачи инвестиций в сфере образования. Я верю, и это то, что я недавно говорил на заседании Совбеза ООН: мы — это лучший антидот против насилия и ненависти.

— Насколько я помню, Израиль как раз обвинял БАПОР в том, что учебники в школах агентства имеют антиизраильскую и антисемитскую направленность.

— Да, это стандартное обвинение со стороны политически мотивированных организаций. Они берут отдельные части этих учебников, вырывая при этом их из контекста и серьезно искажают. Все это наслаивается на продвижение собственного нарратива, в то время как палестинская точка зрения отбрасывается. Я могу заверить вас, что мы абсолютно неприемлем даже намека на насилие, ненависть и нетерпимость в наших школах. Если бы подобные явления имели место, мы бы незамедлительно приняли меры.

— После последней войны в Газе многие доноры выделяют вам средства для помощи палестинцам. Достаточно ли этих сумм для восстановления Газы и провели ли вы уже оценку нанесенному ущербу?

— Да, мы уже провели оперативную оценку нанесенному ущербу, мы близки к завершению этой работы. Наша первоочередная задача — обеспечить помощь бездомным, предоставить им временные убежища. Вы знаете, я был в Газе сразу после того, как было достигнуто соглашение о прекращении огня. Должен сказать, я был шокирован, насколько люди там были запуганы после 11 дней бомбардировок. Большинство из них описывали пережитое, как ад на земле. Все население сектора получило глубочайшую психологическую травму. И мы должны оказать помощь в этой сфере тоже. Поэтому мы планируем провести восстановление всех школ, поврежденных в результате бомбардировок, так как они служат убежищем для людей, лишенных крыши над головой. Кроме того, мы хотим подготовить школы к летней активности, так как чрезвычайно важно дать детям возможность вновь быть вместе после того, как они пережили столь травматический опыт. Мы также нацелены на предоставление денежной помощи, создание рабочих мест, это чрезвычайно важно для всех живущих там людей. Они все стремятся иметь работу и стабильный заработок. И нельзя говорить о восстановлении Газы, не принимая в расчет воссоздание уничтоженной инфраструктуры. Необходимо предоставить эту возможность людям.

— Вы можете назвать примерную сумму ущерба?

— Мы будем подавать запрос на ближайшие три месяца на сумму $100–120 млн, но пока это не окончательная сумма. И это потребует более широкого участия ООН и международного сообщества. Сейчас проводится надлежащая оценка долгосрочного восстановления Газы, которая, как я ожидаю, будет готова к сентябрю. И здесь мы уже будем говорить о гораздо более масштабных суммах. Когда я говорю о $120 млн — это только на ближайшие два-три месяца и на самые насущные потребности людей, живущих в Газе.

— Вы упомянули школы, которые попали под израильские удары. Среди них были и школы БАПОР. Вы расследовали этот случай? Известно, что несколько лет назад под вашими школами обнаружились туннели «Хамаса». Сейчас была аналогичная ситуация?

— Как раз несколько дней назад мы опубликовали наше заявление, посвященное этому инциденту. Мы действительно обнаружили туннель под нашими школами. Это два рядом стоящих здания — подготовительная школа «Зейтун» и начальная школа «Зейтун». И мы выразили решительный протест по этому поводу властям в Газе, поскольку мы не были осведомлены о факте наличия туннелей, проходящих под данными учебными учреждениями. Но и бомбардировка этих школ также неприемлема, поскольку это место, где гражданские лица могли искать убежища. Авиаудары подвергли жизни гражданского населения колоссальному риску. Мы решительно осудили действия сторон конфликта. Вы можете прочитать это заявление.

— Множество доноров готовы выделить средства на восстановление Газы при условии, что деньги не попадут в руки «Хамаса». Можете ли вы предоставить гарантии выполнения этого условия?

— Я могу говорить только за БАПОР, и я могу заверить, что наша организация использует все полученные средства напрямую без каких-либо посредников и НКО. То есть какие бы средства не предоставлялись БАПОР, мы сами проводим работу по их освоению, и все они тратятся в интересах непосредственных бенефициаров — палестинских беженцев. Это, как вы знаете, 70% населения сектора Газа. Весь наш персонал — палестинские беженцы. И что бы мы ни делали, в какой бы сфере ни организовывали работы — образование, медицина, инженерные услуги, все деньги за это получают беженцы.

— Исторический вопрос. В 1956 году БАПОР и Иордания приняли совместное решение о размещении палестинских беженцев в иерусалимском квартале Шейх-Джаррах, но не представили им документы на собственность. Готовы ли вы сейчас отстаивать право этих людей перед угрозой выселения со стороны Израиля?

— Если говорить об истории, да, это правда, что в 1956 году Хашимитское королевство Иордания предоставило землю, а БАПОР построило дома для семей беженцев. Насколько я помню, семьи, которым достались дома, определялись посредством лотереи. Таким образом, земля была от властей Иордании, дома от БАПОР. Но сегодня мы не должны все сводить исключительно к вопросу спора о земле. Наша позиция предельно ясная и четкая. События происходят в Восточном Иерусалиме, на оккупированных палестинских территориях. И, следовательно, не должно приниматься никаких решений о насильственном вытеснении людей из их мест проживания. Если это все же произойдет, то станет нарушением международного гуманитарного права, потому что израильская юрисдикция не должна распространяться на оккупированную палестинскую территорию.

Если следовать такой практике, то это будет приводить к все большему и большему насильственному выселению людей, что противоречит гуманитарному праву. И это наша принципиальная позиция, которой придерживается БАПОР, как часть структуры ООН.

— Не могли бы вы прокомментировать демонстрацию сотрудников БАПОР в Газе против главы вашего местного офиса Матиаса Шмали после того, как он сказал израильскому телевидению, что во время последней войны Израиль точно поражал цели в Газе и избегал ударов по мирному населению. Какова ваша позиция и как разрешилась ситуация?

— Как я уже говорил вам, наша позиция заключается в том, что любые бомбардировки в густонаселенных районах неминуемо приведут к жертвам среди гражданского населения. И этого необходимо избегать любой ценой. Что касается Матиаса Шмали, то он дал сотни интервью в течение последнего конфликта. И я действительно верю, что он содействовал облегчению тяжелого положения палестинских беженцев в очень-очень трудное время. Да, он дал интервью израильскому «12-му каналу», за которое впоследствии извинился и еще раз объяснил свою позицию, контекст и то послание, которое он хотел передать: что, какие бы меры ни принимались, это ведет к людским потерям. Любая потеря велика.

С нашей точки зрения произошло следующее: за последнее время было немало действий, которые глубоко ранили чувства палестинцев, и это вылилось в демонстрацию. В то же время я считаю, что ситуация зашла слишком далеко, обернувшись в итоге жесткой, клеветнической кампанией против Матиаса Шмали и нашей команды на земле.

Из-за накала эмоций они не могли работать, и я принял решение отозвать их, чтобы проконсультироваться с Матиасом и попросить сделать заслуженный перерыв до момента, пока мы не оценим ситуацию в Газе. Но подчеркну, что все происходящее — результат очень тяжелого и травматического периода для всех нас.

Беседовала Марианна Беленькая (при участии Станислава Кожемяки)

Источник: kommersant.ru

Читайте также: