Во глубине сибирских Дум

7

25 сентября президент России Владимир Путин встретился с руководством политических партий, которые прошли в Госдуму в результате парламентских выборов. Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников обратил внимание на то, как президент России выслушал всех, в том числе и Владимира Жириновского, предложившего вернуть в политическую жизнь понятие «ссылка», и Геннадия Зюганова, который просил дать поручение и «мы с Вайно отработаем все». А главное — обратил внимание на то, что Владимир Путин хотел закончить встречу, не дав слово «Единой России».

Встреча, начало которой планировали на три часа дня, началась примерно в четыре, и это, конечно, было нестрашно. Спешить некуда было даже Геннадию Зюганову: протестный митинг КПРФ в центре Москвы по поводу подведения итогов выборов закончился немного искусственно, то есть кого-то из митингующих уже задержали при попытке возложить себя на Красную площадь.

Да и вряд ли Геннадий Зюганов туда собирался. То есть, судя по его речи перед Владимиром Путиным примерно через час, точно не собирался. Туда, куда он собирался, он в этот день и сходил.

Встреча проходила в режиме видеоконференции, и все было примерно понятно при первом взгляде на расстановку, или, вернее, рассадку, ведущих политических сил. То есть впереди себя лидер «Новых людей» (новой партии в Госдуме, как известно.— А. К.) Алексей Нечаев встроил в кадр трех совершенно новых, то есть не известных ни Владимиру Путину, ни кому бы то ни было другому, людей, но, может быть, известных хотя бы Алексею Нечаеву.

Кроме Владимира Жириновского, в кадр к нему никто больше толком не помещался: он нужен был ему весь без остатка. Где-то на заднем плане, в страшном далеке маячили фигуры трех однопартийцев — и то, как выяснилось, с практической целью: лидер ЛДПР намерен был прямо сейчас утвердить их кандидатуры в руководство новой Думы у начальства. Такой трюк он уже провернул пять лет назад, когда была аналогичная встреча в Кремле, иначе господин Слуцкий, возможно, и не стал бы главой комитета по международным делам,— и раз получилось тогда, почему было не попробовать сегодня? И ведь опять все прошло как по маслу.

Дмитрий Медведев сидел один на фоне партийного знамени, словно запертый в клетке сразу из шести окружающих его словосочетаний «Единая Россия». Да он и не казался человеком, которому кто-то нужен… Задача у него была другая: быть человеком, который кому-то нужен. И ему еще предстояло с ней справиться.

Его однопартийцы оказались размещены в соседнем кадре.

Геннадий Зюганов по обыкновению встал, а точнее, сел со своим решительным и многообещающим клином. Возможно, ему казалось, что он все-таки успел на митинг.

Как выглядел в кадре Сергей Миронов, запомнить не представляется возможным.

Владимир Путин сразу выступил, можно сказать, в дискуссионном ключе. Так, он заявил, что «сами выборы прошли открыто, в строгом соответствии с законом и при высокой явке: в них приняли участие больше половины избирателей страны».

— Слово Нечаеву Алексею Геннадьевичу, председателю политпартии «Новые люди». Как предлагал Владимир Вольфович, с вас и начнем,— сообщил президент.

Господин Жириновский на этих словах отчего-то нехорошо хохотнул. Может быть, он не хотел, чтобы наружу так стремительно выплывали имеющиеся договоренности.

Алексей Нечаев зачитал свою речь по бумажке, впрочем, время от времени поднимал голову, и это ему сильно мешало: он сразу забывал, что там дальше. Но он успевал в последнее, казалось, мгновение, когда казалось, что вот-вот сейчас случится конфуз, вернуться к исходному тексту.

Через год все с ним будет уже иначе. Он освоится. Даже Виталий Кличко освоился.

Алексей Нечаев так объяснил свой успех не только у молодых людей (успех у молодых людей он не стал даже объяснять):

— Люди хотят из прошлого сквозь настоящее прорваться в будущее! Эта повестка развития, повестка прогрессистская им очень прям отзывается!

Оказалось, он болеет не только за себя:

— К сожалению, много партий, девять, не прошло в Государственную думу, притом что много идей интересных и в области экологии, и в области образования… Прямо интересных и авторских в том числе идей было… И жалко, что эти партии не прошли… Но мы намереваемся до парламентского большинства идеи этих партий, сохранив их авторство, донести, потому что мы считаем, что это важно. Мы помогли какому-то количеству людей быть представленными в Государственной думе, но хотелось бы, чтобы все люди чувствовали, что они представлены!

Действительно, всем же не быть представленными. Но остальные смогут что-то в этом роде хотя бы почувствовать.

Хорошая партия попала в Госдуму. Добрая какая-то. Ее плюс в том, что она без минусов.

— Люди говорят,— продолжил Алексей Нечаев,— что есть идея единого федерального оклада для медиков, и мы предлагаем, наша партия… сделать единый федеральный оклад для учителей.

Ну разве это плохо?

Или вот еще одна инициатива:

— Интересно, что, в разных аудиториях общаясь, например в аудитории, где много было деканов, проректоров вузов, несколько ректоров, мы обсуждали, я говорил: «Слушайте, давайте уже отменим Рособрнадзор, упраздним…» Так безответственно сказал я, но люди зааплодировали, кроме одного ректора, который сказал: «Нет, все-таки несколько хороших функций у них есть». Поэтому давайте хорошие функции оставим, но нагрузку административную, когда есть сначала отчетность, потом контроль над отчетностью, потом надзор за контролем,— давайте это упростим!..

Именно это называется: за все хорошее против всего плохого.

— Спасибо за внимание,— заключил господин Нечаев.— А Владимиру Вольфовичу — за бирюзовый галстук, наш партийный цвет.

Он думал, наверное, что запоминается последняя фраза. Но господину Путину запомнилось многое, кроме нее. Да и сам господин Жириновский не счел нужным ее хотя бы прокомментировать.

— По поводу отчетности,— заметил господин Путин.— Нужно ли в этой связи Рособрнадзор ликвидировать? Ликвидировать все можно. В одной из соседних стран ликвидировали ГАИ — и что толку? (Видимо, в Грузии.— А. К.) Взятки начали брать не гаишники, а те, к кому перешли эти функции…

Владимир Жириновский сосредоточился на оперативных задачах:

— Владимир Владимирович, несколько кадровых вопросов в первую очередь. Главный вопрос — о председателе комитета по международным делам! Слуцкий Леонид Эдуардович, он здесь присутствует. Мы надеемся, что комитет останется в ведении фракции ЛДПР и он снова его возглавит…

Второе! Если можно, просьба ускорить назначение Жигарева Сергея Александровича… тоже здесь сидит сзади меня… Врио губернатора любого из регионов! Давно этот вопрос в стадии обсуждения!

Ах вот как это, оказывается, решается. Господин Жириновский на людях настаивал на том, чтобы была безотлагательно реализована его квота. Он уже давно, видимо, не может ее выбрать. Никакой регион не решатся никак доверить Сергею Жигареву. Людей, может, все-таки жалко. Нет? Ну тогда что-то еще.

— Мы предполагаем,— продолжил Владимир Жириновский,— что в ведении ЛДПР будет комитет по просвещению, и надеемся, что его руководителем будет утвержден Чернышов Борис Александрович.

Господин Чернышов на заднем плане кивнул, обозначая себя, и даже привстал. Так стало понятно, что он тоже здесь.

— К сожалению, у нас могут забрать комитет по социальной политике под Топилина, бывшего министра труда, который сегодня в «Единой России» (Максима Топилина.— А. К.),— продолжал делиться чужими секретами лидер ЛДПР.— Может быть, это разумно, но мы бы не хотели, чтобы уменьшалось количество комитетов у ЛДПР, поскольку избиратели — это одно количество голосов, проценты, а здесь, внутри Госдумы, уже можем решать по-другому все эти вопросы.

Какую бы то ни было логику к концу своего выступления лидер ЛДПР окончательно растерял. Да и зачем она ему? Только мешает, отвлекает каждый раз. Пора наконец от нее полностью избавиться. И господин Жириновский уверенно идет по этому пути.

Но напор его был зато при нем. Вернее, в данном случае просто нагловатость.

Владимир Жириновский продемонстрировал, что за утверждение кандидатур он готов заплатить прямо сейчас.

Так, он высказался насчет поведения КПРФ:

— Очень печально, что некоторые партии подыгрывают тем, кто готов с улыбкой всадить нож в спину нашей Родине! Стыдно, когда парламентская партия сотрудничает с «пятой колонной» (имеется в виду, очевидно, «Умное голосование».— А. К.), а через нее — с антироссийскими и зарубежными центрами! Владимир Владимирович, мы сейчас здесь с вами сидим, а в центре Москвы бунтует часть молодежи, вернее не молодежи — москвичей, организованных городской организацией ЛДПР… Не ЛДПР, а КПРФ!..— немного запутался Владимир Жириновский (действительно, свят-свят, упаси бог.— А. К.).

— Рашкин там такой заводила! — доложил лидер ЛДПР.— Они это все покажут на весь мир: «Вот народ выступает с отрицательной оценкой итогов выборов». То есть это, конечно, не самый лучший вариант…

Господин Жириновский выстроил авторский партийный рейтинг в Госдуме:

— Мы остались третьей партией, доверие своих избирателей оправдаем. Мы боролись за каждого нашего избирателя, наши агитаторы отработали даже не на 100, а на 150 процентов, по всей стране колесили наши автобусы!

То есть ЛДПР делала все, что могла и тем более не могла. Показали 150 процентов. Подвели лишь избиратели.

Лидер ЛДПР предложил сделать голосование в стране обязательным для всех граждан (с 18 лет или с рождения?) и перешел к главному, что должны будут цитировать в его речи (и цитируют, что поделаешь):

— Министр обороны недавно сказал, что мы будем строить новые города в Сибири. Мы эту идею поддерживаем. Одна проблема: откуда взять людей для этих новых городов? Мы предлагаем восстановить такое понятие, как «ссылка»!

Я сначала даже не понял, какую ссылку он имеет в виду: активную или обычную? Так вроде никто и не отменял.

Но хватит глумиться. В его исполнении это была на самом деле классика:

— У нас в тюрьме сидят люди… Тысячу рублей где-то украл, или подрались по пьяни. Футболисты, помните? Мамаев, Кокорин. Их отправили в колонию на два-три года, а лучше бы в ссылку в Сибирь на несколько лет — там и футбол можно было поднять! Сибирь со времен декабристов развивалась духовно и интеллектуально за счет ссыльных. Сегодня некоторые иноагенты уехали: кто в Ригу, кто в Лондон, а кто просто так в Москве сидит, продолжает свою вредительскую деятельность. Надо их в Сибирь направлять — не в тюрьмы тоже, не в эмиграцию, пусть там работают на благо Родины! Поживут там лет пять, подумают, посмотрят, как настоящая сибирская Русь живет, и, как Достоевский, вернутся великими писателями обратно в столицу!

У лидера ЛДПР было еще много радикальных предложений: про запрет абортов («три миллиона детей спускают в канализацию!..»), про три партии, «Пугачев, Разин и Чапаев» (это не точно, так как, возможно, пошутил, но как понять?), которых достаточно стране… И про «грязные намеки сексуального характера» насчет ЛДПР по федеральному телеканалу: «А в ЛДПР только нормальные настроения, традиционные… Много многодетных семей…»

— Вы сами критикуете времена сталинизма, а предлагаете ссылки. Наверное, это все-таки не будет работать как минимум. Это, во-первых, жестоко…— попытался возразить господин Путин.

— Но попробовать! — упрашивал лидер ЛДПР.— Давайте, Владимир Владимирович, кто сегодня на Пушкинской площади бунтовал — вот их в вагон и до Магадана! И вы увидите: больше бунтовать не будут!

— Но они и работать не будут, как следует, вот в чем все дело,— сообщил президент.

Вскоре выяснилось, что он имел в виду и иноагентов.

Владимир Жириновский между тем уже не первый раз давал понять Владимиру Путину, что пал на выборах жертвой лояльности ему лично. Да, возможно, перестарался. Геннадий Зюганов в отличие от него сделал шаг дальше или по крайней мере в сторону — и вот оно, забрезжило!..

— Что касается СМИ, я с вами согласен: нужно больше информации о реальной жизни страны,— заявил президент.— Не ковыряние в грязном белье каких-то элит, а именно больше информации о реальной жизни страны, о тех людях, которые создают ее будущее, добиваются выдающихся результатов. Таких примеров очень много. Но это касается так называемой информационной политики. Тоже нельзя здесь перебарщивать с руководящими указаниями… Но то, что называется госзаказом, точно по-современному тоже можно и нужно обеспечивать!

Господин Путин, судя по всему, имел в виду, что желательным можно вытеснять нежелательное рыночными методами, и прежде всего в интернете. Он говорил об этом не в первый раз. Идея ему нравится. Она, похоже, кажется ему безукоризненной.

Надо сказать, господин Путин все же отблагодарил лидера ЛДПР прямо здесь и сейчас. Он заявил, что «с удовольствием» опять поддержит кандидатуру господина Слуцкого на должность главы комитета по международным делам. И никому уж не покажется, что он может идти на поводу у журналистских, например, настроений. А зря.

Сергей Миронов, лидер «Справедливой России — Патриоты — За правду», настаивал, что это они теперь третья фракция в Госдуме, а не ЛДПР. И был прав.

Наконец дошла очередь до Геннадия Зюганова. К нему, что называется, было приковано общее внимание. Для него это был вообще-то момент истины. Он должен был сейчас встать во весь рост за себя и за того парня, который вышел на площадь (Валерий Рашкин, если что).

— Наша Россия,— отметил Геннадий Зюганов,— была и остается для КПРФ главной партией, и мы все сделаем, чтобы она были сильной, прогрессивной, хорошо образованной и реально победной. И все, что вы намечаете в этом плане, мы активно всегда поддерживали и будем поддерживать.

Он процитировал послание президента, из которого следовало, что надо победить бедность и вымирание. Поблагодарил президента за то, что тот регулярно встречается с Александром Лукашенко. «Если вы нам поручите и поддержите наши народные предприятия, гарантируем вам, что мы в ближайшие годы до $50 млрд доведем доход по этой части (по части народных предприятий.— А. К.)…— отметил лидер КПРФ.— У нас совхоз Звенигородский, который вы помогли спасти от рейдеров, Маркелов сейчас сидит, стал чемпионом в Европе по продовольствию…» «По Донбассу вам спасибо, мы поддержали». «Нас стали показывать на телевидении, сейчас идет первенство мира (по мини-футболу.— А. К.), четыре игрока от КПРФ играют блестяще!»

Но остальные-то наверняка от «Единой России».

— Мишустин привел более сильную команду (это уже не про мини-футбол.— А. К.), но сейчас надо дать простор для реализации всех ваших проектов, которые вы реализовали в послании. Мы готовы их активно реализовывать,— подчеркнул Геннадий Зюганов.

За него на улице люди стояли, можно сказать, насмерть. А он за них даже не привстал.

Они говорили, казалось, совсем уже о своем: «Владимир Владимирович, поручите правительству, вместе разберем… дайте небольшое поручение, и мы с Вайно отработаем все…» Геннадий Зюганов был глубоко в теме. Это была тема слияния с властью.

Момент истины состоялся. Истина сияла во всем ее великолепии на экранах телевизоров страны.

Играючи, ритуально, аккуратнейше Геннадий Зюганов покритиковал дистанционное электронное голосование и трехдневное, сославшись для примера на Германию.

Владимир Путин сосредоточился, отвечая ему, на развитии аэродромной сети в деле тушения пожаров (лидер КПРФ говорил о них).

— Безусловно, нужно расширять, вы правы абсолютно, аэродромную сеть и восстанавливать ее, но мы это и делаем: у нас большая очень программа по развитию аэродромной сети! И я вас прошу: когда будут вопросы в дальнейшем обсуждаться, в том числе и в парламенте, иметь это в виду, наши здесь позиции совпадают полностью, я вас прошу это поддержать!

— Активно поддержим! — заверил Геннадий Зюганов.

— Вы знаете, можно этого не делать,— пожал плечами господин Путин,— но современные средства и способы волеизъявления — это, знаете, так же, как технический прогресс, остановить невозможно. Вопрос не в том, в какой форме это проводится, а вопрос в контроле за качеством проведения этих мероприятий. У нас нет такого, как, скажем, в Штатах происходило голосование по почте, где непонятно, когда человек пришел, бросил это письмо с голосованием… Ведь участки закрываются в восемь, а письмо с бюллетенем можно бросить когда угодно — и в 11, и за пять минут до полуночи — первое…

То есть против немецкого опыта президент России выставил американский опыт.

— Второе: непонятно, сколько собрали, кто собрал, кто там вбрасывает — контроля никакого нет за почтовыми ящиками! — продолжал президент России.— Где же наблюдатели? Их просто не существует, когда бросают бюллетени. Кто их собирает, эти бюллетени?! А может, кто-то скупает за $1! У нас ничего подобного нет. Если есть сомнение в качестве контроля за электронным способом голосования, давайте вместе подумаем, как это организовать.

— Владимир Владимирович,— не в первый раз взмолился лидер КПРФ,— поручите вашей администрации вместе с нами! Мы отработаем вариант предложений, чтобы не было сомнений!.. По Москве возникло это, мы обязаны отработать!

Он оправдывался, почему там, на улице, был митинг.

— Но по Москве это возникло не потому, что есть сомнения, мне кажется, в качестве голосования,— возразил господин Путин,— а потому, что кому-то не понравился результат. Но это всегда так бывает.

На этом диалог с Геннадием Зюгановым был исчерпан.

А на самом деле он будет продолжаться вечно. Вечен их союз. Как вечным был блок коммунистов и беспартийных (Владимир Путин как раз из них).

— Вот, собственно говоря, и все,— подвел итог встрече президент России.— Если, уважаемые коллеги, есть еще какие-то соображения, замечания или предложения, я вас слушаю. Нет?

Вопросов не было.

Но я очень удивился. Дело в том, что, решив закончить встречу, Владимир Путин не дал слово «Единой России». С одной стороны, действительно, и так все ясно. А с другой — это же скандал.

У него, наверное, было такое впечатление, что они уже выступали. Изо всей этой встречи складывалось впечатление, что только с «Единой Россией» Владимир Путин и говорил эти два часа. Все тут были его единомышленники, а вместе они были командой. Да, конечно, выступила уже «Единая Россия».

Президент еще предложил оставить спикером Госдумы Вячеслава Володина (который всех, прямо скажем, победил) и предложил поддержать его мнение. Владимир Жириновский успел вставить:

— Владимир Владимирович, от ЛДПР мы поддерживаем кандидатуру Вячеслава Викторовича! Поддерживаем!

Конечно, за это «поддерживаем» он теперь у кого надо будет просить еще один комитет.

Тут президенту, видимо, все-таки сказали, что Дмитрий Медведев-то ведь еще не выступил!

Ведь не специально же Владимир Путин так поступил-то… А?

И вот он как будто бы спохватился и дал Дмитрию Медведеву слово, как будто предоставляя возможность прокомментировать кандидатуру Вячеслава Володина.

Речь у Дмитрия Медведева была заготовлена, и он ее, слава богу, произнес.

Как-то выкрутились.

Просто на излете, надо признать.

Источник: kommersant.ru

Читайте также: